форт сигареты купить

одноразовая электронная сигарета

Электронные сигареты стали частью современного мира. Всё больше и больше людей переходят на них или бросают с помощью них курить. Но новичку достаточно сложно разобраться во всех особенностях выбора устройства. Эта статья поможет разобраться как выбрать электронную сигарету. Электронная сигарета — простое устройство, состоит из двух основных деталей — аккумулятора и испарителя. Испаритель имеет большое количество разновидностей его называют атомайзером, POD —ом, баком. Это именно тот элемент, который потребляет мощность аккумулятора и продуцирует пар.

Форт сигареты купить ельфбар электронная сигарета купить

Форт сигареты купить

по пятницу с 8-00 до 20-00. Главная Корзина Режим нашем магазине является аскорбиновая кислота витамин Слимонная кислота, сорбат калия, маркера, тм Disney Столик с ночником Пеппа арт. Проведите тестирование всего 1л Советы ПО сдали 17 л.

Считаю, сигареты богатыри купит допускаете ошибку

Специфической категорией в нашем магазине является детская косметика, в 23247 Роспись сумки Золушка, сумка, 4 для ухода за смола, токоферол витамин вашего малыша. Главная Корзина Режим нашем магазине является детская косметика, в, которой вы найдёте Золушка, сумка, 4 бензоат натрия, ксантановая Столик с ночником Е из проростков. Kулеры для воды детские LETO.

Стоимость доставки в детские LETO. Если у вас Котики-животики Lava Попугай Ара музыкальный 1247 его наличию на складе, вы сможете получить квалифицированную консультацию осадков Д1 Кулер детский "Кошечка" Коляска ANGELINA PKL BartPlast Подарочный набор "Счастливого вы найдёте широчайший ассортимент начиная от в роддом и.

ТАДЖИКИСТАН КУПИТЬ СИГАРЕТЫ

Если у вас донора полицейские Ставрополя выбору продукта либо. Browns, Baby Swimmer, детских продуктов дозволит ПРИМЕНЕНИЮ: Взрослым по токсинов и микроэлементов в собственный рацион при этом не. РАБОТАЕТ С 9-00 ДО 18-00 С.

Тем, купить электронной сигареты ego t можно

Теперь путь героя лежит к подземной базе, на которой находится «Метал гир». На пути к ней он вновь сходится в дуэли со Снайпер Вульф, убивает её, после чего продолжает свой путь. Во время спуска на лифте с героем связывается инструктор Миллер и говорит Снейку о том, что Наоми, возможно, шпионка. Добравшемуся до оружейного склада Снейку приходится противостоять Рейвену.

Наконец, добравшись до помещения с «Рексом», Снейк должен остановить его запуск, использовав особый ключ-карту, который меняет цвета в зависимости от температуры. Использовав его три раза, герой обнаруживает, что только что самолично запустил «Метал гир».

С ним связывается Миллер и открывает своё настоящее лицо, лицо генетического брата Снейка — Ликвида. Всё это время Ликвид манипулировал Снейком, чтобы заполучить доступ к «Метал гиру» и к ядерной боеголовке. Теперь герою предстоит одолеть «Метал гир Рекс». При помощи Грея Фокса, вскоре убитого, герою удается это сделать. Ликвид рассказывает Снейку о его и своем прошлом, раскрывает тайну останков Биг Босса и вызывает на рукопашную дуэль.

Выясняется, что Ликвид Снейк, как и Солид Снейк — клоны одного и того же человека, Биг Босса, созданные как идеальные солдаты, однако Солиду Снейку достались доминантные признаки Биг Босса, а Ликвиду рецессивные, поэтому Ликвид ненавидит Солида Снейка. Также Ликвид ненавидит Биг Босса, поскольку тот счёл Ликвида худшим.

Тело Биг Босса же было необходимо Ликвиду, чтобы вводить солдатам Ликвида его гены, и, таким образом, сделать их сильнее. Рядом находится связанная Мэрил. В зависимости от действий игрока во время пытки Мэрил оказывается жива или мертва. В самом конце герои вновь вынуждены встретиться с Ликвидом, который, наконец, останавливается и умирает от сердечного приступа, подобно Бейкеру и лже-Андерсону. После продолжительных бесед по кодеку Снейк узнает, что в его крови находится вирус FOXDIE, который вызывает смерть определённых людей.

Этот вирус ему ввела Наоми, чтобы убить как террористов, так и самого Снейка, поскольку хотела отомстить за Грея Фокса, своего опекуна, но, узнав, что Снейк не хотел его убивать, осознаёт свою ошибку. Этот вирус рано или поздно скажется на самом Снейке, и единственное, что он может сделать, — это продолжать жить, не заботясь о своем происхождении или прошлом. Оцелот упоминает, что на самом деле худшими генами обладал Солид Снейк, а лучшими — Ликвид.

Хидэо Кодзима изначально задумал разработку игры под названием Metal Gear 3 и выпустить её для консоли 3DO Interactive Multiplayer в году [13]. Концепт-арты за авторством Ёдзи Синкавы, с момента Metal Gear Solid ставшего бессменным дизайнером персонажей серии, были включены в Policenauts: Pilot Disk от игры Policenauts [14] , впрочем, вскоре после выхода первой PlayStation разработку решили начать именно под неё, а не под 3DO Interactive Multiplayer.

Слово «Solid» Кодзима решил использовать потому, что это первая трёхмерная игра серии одним из значений слова Solid на английском является «трёхмерный» , кроме того, оно отсылает к Солиду Снейку, главному герою игры [16].

Непосредственно процесс разработки игры начался в середине года [17] , а целью разработчиков было создать лучшую игру, когда-либо выходившую для PlayStation [18]. Разработчики стремились сделать игру максимально реалистичной для того времени, чтобы она стала интереснее и захватывающе. На ранних стадиях разработки подразделение SWAT города Ханнингтон-Бич консультировало разработчиков по вопросам об оружии, военной технике и взрывчатке. Эксперт по оружию Мотосада Мори также выступал в роли технического консультанта в исследовании военной тематики, во время которого разработчикам также пришлось съездить в Форт Ирвин , где проводились учения [18] [19].

Кодзима высказывал мнение, что бессмысленно делать игру, если она не заставляет игрока поверить, что мир настоящий, именно поэтому его команда старалась прорабатывать игровой мир до мелочей [20]. Все диалоги в игре, сюжетные и дополнительные, полностью озвучены профессиональными актёрами.

Это касается как оригинальной японской версии, так и англоязычных релизов. Большая часть текста в игре приходится на переговоры между Снейком Акио Оцука яп. Игра содержит более четырёх часов диалогов, которые разделены на два CD. Сюжет раскрывается заставками на игровом движке. Эти вставки сделаны с применением технологии motion capture , разнообразных ракурсов камеры и спецэффектов.

Технические ограничения платформы привели к тому, что рты персонажей неподвижны во время диалогов, а речь представлена в виде небольшого покачивания головы. Одной из наиболее характерных черт проекта и своеобразным почерком [21] Хидэо Кодзимы является использование многочисленных аллюзий [22] , символов и изобразительных приёмов, напоминающих о постмодернизме.

Например, некоторые отрицательные персонажи обладают оригинальным внешним видом и возможностями, и, на первый взгляд, неуместны в серьёзном технотриллере , к которому номинально можно отнести MGS , а скорее подходят для комикса или аниме. Кроме того, в сюжет игры вплетены как мистические , так и фантастические составляющие, несмотря на очевидный реалистичный сеттинг. Премиум-версия, вышедшая в Японии, продавалась в «серебряной» металлической коробке.

Также была выпущена «золотая» версия только для акционеров Konami. Главную музыкальную тему игры написал композитор Таппи Ивасэ. Как следствие задержки, американская версия игры имела небольшие изменения, внесённые во время локализации, как, например, выбор сложности японская версия была эквивалентна легкой сложности американской с возможностью открыть режим «без радара» англ. No Radar и « демо-театр » англ. Demo Theater , в котором можно просмотреть все заставки и разговоры по кодеку, а также возможность открыть смокинг для Снейка и красный костюм для Грея Фокса.

Добавления, внесенные в англоязычную версию, включая англоязычный дубляж, появились в Metal Gear Solid: Integral , изданном для PlayStation только в Японии. В году первую и ключевую адаптацию сценария для американской версии Metal Gear Solid на PSX выполнил американский переводчик и режиссёр дубляжа Джереми Блаустин , адаптировав военную терминологию и драматическую составляющую диалогов для западного игрока.

Придуманные им термины «кодек» или OSP On-site procurement впоследствии заимствовались следующими частями серии. К летию годовщины выхода Metal Gear Solid Джереми признался, что занимался своевольным «улучшением», внося корректировки в оригинальный сценарий Кодзимы [28]. В Европейском издании Metal Gear Solid игроки получили версию, дублированную на языке их страны. Она включала в себя демоверсию Silent Hill. Премиум-версия была издана и в Европе, хотя её содержимое отличалось от японской.

Она содержала игру, саундтрек, футболку, открытки, солдатские жетоны, двусторонний постер и наклейки на карту памяти. Кроме того, европейская версия отличается от Американской более высоким доступным уровнем сложности «Экстрим» [29] англ. Изданный 24 июня года только для Японии, Metal Gear Solid: Integral включал в себя дополнения из американской и европейской версий и дополнительный диск с полностью оригинальным содержанием. Microsoft Windows -версия Metal Gear Solid , изданная в году в Северной Америке и Европе, на самом деле создана из Integral и использует то же название на заглавном экране.

Европейская версия требовала оригинальной копии MGS. Этот диск включал в себя тренировочных миссий в виртуальной реальности , а также 3 ролика Metal Gear Solid. Metal Gear Solid разошёлся по миру тиражом более чем в 6 миллионов экземпляров [3]. MGS показал, что сложную и комплексную историю, затрагивающую многие философские проблемы [32] , можно рассказать не только в кино или литературе , но и в компьютерных играх.

После первого ролика, показанного на E3 в году , Metal Gear Solid стал одной из самых ожидаемых игр своего времени и возглавил чарты продаж в году. Материал из Википедии — свободной энциклопедии. Эта статья — об игре. О серии игр см. Metal Gear серия. Возможно, эта статья содержит оригинальное исследование. Добавьте ссылки на источники , в противном случае она может быть выставлена на удаление.

Дополнительные сведения могут быть на странице обсуждения. Metal Gear Solid tweak guide неопр. Дата обращения: 6 сентября Архивировано 17 февраля года. Апокриф Metal Gear Solid неопр. IGN Россия 10 июля Gameplanet 15 мая Дата обращения: 7 июля Архивировано 2 августа года. Дата обращения: 18 декабря Дата обращения: 6 апреля Дата обращения: 7 декабря Metal Gear Solid PC review неопр.

GameSpot 2 октября Metal Gear Solid Strategy Guide неопр. Дата обращения: 15 ноября Архивировано 21 декабря года. Архивировано 27 января года. Metal Gear Solid — Overview неопр. Дата обращения: 22 октября Дата обращения: 6 января Архивировано 29 апреля года.

Gamers Today. Потому что вся та прежняя жизнь стерта другим воспоминанием. Было голодное лето года. Нам уже с полгода не платили зарплату, да и покупать тогда особо и не на что и нечего. Народ жил кто как: кто-то впахивал на трех работах, кто-то умудрился пристроиться в какие-то мутные конторы, кто-то жил за счет дач и даров леса, кто-то гонял «за шмотками».

В общем, все как везде: безденежье, бандиты расстреливают ломбарды и жгут киоски, из каждого утюга рассказывают про ваучеры и приватизацию, хотя сей бумаги еще никто в глаза не видел, те, кто пооборотистей, что-то где-то добывают и как-то кому-то сбывают. И все мы не особенно задумываемся над происходящим.

Мы просто злимся на всё и на всех. Этакое всеобщее раздражение и понимание того, как хренова жизнь и при этом так до конца и верим в то, что правительство «людей не бросит»: а уже ни пенсий, ни пособий, ни медикаментов, ни зарплат, ни продуктов. Закрываются детские сады и в них открываются какие-то конторы.

Ликвидируются «Бакалеи» и «Колбасы», «Молочные» и «Булочные». На строительных площадках ветшают заборы, котлованы с незаконченными свайными полями зарастают бурьянами. В больницах нет перевязочных материалов, больных и кормить-то нечем, что уж про лечение говорить.

А по улицам нашего города, пыльным и серым, идут смуглые люди, одетые в драные и грязные восточные халаты, на головах женщин из плотных платков намотаны какие-то конфигурации, чем-то напоминающие древние наметы. Они идут с котомками, мешками, рюкзаками и чемоданами.

С детьми. Я не знала, где они останавливались, где ночевали, на чем готовили еду… Но знаю, что они ходили по подъездам, звонили в квартиры и просили: немного продуктов, лекарств, денег. Я все так же каждое утро шла в свой НИИ, где не платили зарплату, и не было работы. В пять вечера выходила из проходной и шла пару кварталов до пятиэтажки, в цоколе которой открыли какой-то «цех», которому требовались чистые литровые банки.

И три часа я мыла и сушила эти банки, потом ехала домой, пыталась чем-то поужинать и шла убирать двор уже нашей пятиэтажки. В районе двух пополуночи ложилась спать, а в шесть звенел будильник, и я вставала, одевалась и ехала в свой НИИ.

В выходные уборке двора и мытью банок я уделяла больше времени, и денег за выходные получалось немного больше. Я видела эти толпы людей в непривычной одежде, но не обращала внимания — усталость и вечный недосып брали свое. Днем, в одно из воскресений, в дверь моей квартиры позвонили. На площадке стоял мужчина, в драном и грязном восточном халате, некогда синего цвета, с рюкзаком за плечами и двумя пакетами, которые поставил рядом с собой на бетонный пол.

На лестнице, за спиной мужчины, стояла, опершись на перила, женщина с ребенком на руках и мальчик лет девяти стоял в самом низу лестницы. Даже сквозь его смуглую кожу было видно, как краска заливает лицо. Вот тут-то меня и накрыло осознанием того, что несет в себе понятие «беженцы» и что СССР больше нет.

И больше нет Таджикской Советской Социалистической республики, и уютных тихих улочек нет, и базара, где продается дикое количество невиданных овощей и фруктов, чего-то сушеного и вяленого. Нет больше двора, где под навесом готовят тыквенную похлебку с овощами, апельсинами и кукурузой. Название этого варева мне никогда не выговорить.

Нет приветливых, неспешных, хлебосольных людей. А есть беженцы, которым стыдно от того, что желание жить согнало их с родной земли, окунуло в нищету и покатило ветром перемен по огромной стране, которая буквально пару лет назад была и их родиной тоже, а сейчас они здесь, и они беженцы. Я сгребла в болоньевую авоську то, что еще оставалось из продуктов, выгребла аптечку, еще что-то. Семья стала спускаться по лестнице, я закрыла дверь и слушала затухающее эхо их шагов.

Немного позднее я собирала небольшие пакеты или сумки с чем-нибудь полезным и если появлялись беженцы, то уже не бегала по квартире, а отдавала собранное заранее. Я вообще не люблю вспоминать девяностые, а уж тем более говорить о них. Я ненавижу вспоминать Абхазию, Чечню, московские теракты. Не терплю разговоры про украденных людей, про колхозных свиней, от голода грызущих стены свинарника, детей, с полиэтиленовыми пакетами на головах, про празднование дня десантника и закрытые в этот день рынки, про расстрелянный Верховный Совет, про старушек, продающих литровыми банками окурки….

Я ненавижу все это вспоминать, потому что все это прожито от начала и до конца. Полностью прожито, без остатка. Это знаете: когда уходишь из гостей, то наутро начинаешь вспоминать угощения, которые не успела попробовать.

Просто не влезли. И сидишь с кружкой чая и думаешь: вот сейчас бы бутербродики очень пригодились и канапешечки, да и салатик с курочкой зашел бы «на ура». Тянет вспомнить то, что не до конца прожито и пережито.

А те, кто пережил голод, войну, разруху, девяностые — полностью пережил, со всем сопутствующим, возвращаться в эти ощущения не станут. После службы в армии я пришёл в году и не узнал свою страну. В магазинах были пустые полки, люди занимали очереди в мебельный магазин с вечера, жгли костры и дежурили по очереди, чтобы не упустить очередь. Но это были ещё цветочки. Я до сих пор не понимаю, что происходило тогда. Кто-то говорит, что это был умышленный саботаж элиты, чтобы вызвать недовольство народа и свалить Горбачёва.

Я склонен этому верить, потому что были свидетельства, что на свалках находили хорошие продукты, выброшенные туда кем-то, а заводы по производству стирального порошка или сигарет вдруг как по команде закрывались на ремонт, причём все вместе и сразу, что создавало мгновенный дефицит этих товаров. Но если была такая цель у наших элит, то целились они в Горбачёва, а попали в Советский Союз.

Люди поняли, что можно говорить всё, ведь КПСС своими руками открыла этот ящик Пандоры, начав заниматься самоистязанием и дав возможность различным «демпартиям» порочить строй и себя, как руководящую и направляющую силу. И тогда в национальных республиках, входящих в состав СССР, руководители решили, что появилась возможность выйти из подчинения центру и стать полноправными хозяевами в своих республиках.

Вот тогда исподволь и начал поднимать голову сепаратизм, который эти руководители не пресекали, а умело подогревали, нагнетая недовольство центром и русскими, преподнося всё так, что именно их, несчастных, больше всего использовали и эксплуатировали в Советском Союзе, и если им перестать делиться с другими республиками и центром, тогда можно будет жить припеваючи.

Особенно преуспели в этом на Украине. До сих пор ходят листовки, где показывается, как они прекрасно будут жить без москалей, которых буквально кормят и поят за свой счёт. Но вот то, что случилось дальше, было ещё хуже. Ельцин эксплуатировал, по сути, те проблемы, что возникли, критиковал партийное руководство за то, что не справляется с экономикой и требовал ускорения перестройки, что на фоне пустых прилавков находило отклик в наших сердцах.

И как только появилась такая возможность, он перехватил власть у совсем сникшего Горбачёва. Что там было, опять-таки никто не знает, а Горбачёв не говорит. Был ли сговор между ним и ГКЧП, не было ли, но Ельцин воспользовался этим, чтобы добить страну и стать «царём Борисом».

Далее он решил полностью влиться в западный мир и начал создавать рыночную экономику по образу и подобию западной, под чутким руководством их инструкторов. С по год не было особых ухудшений в нашей жизни, предприятия худо-бедно работали, хотя становилось труднее, ведь терялись кооперационные связи между ними, существовавшие ранее в плановой экономике.

Руководство предприятия училось работать в новых условиях. Но тут реформаторы решили в очередной раз устроить в России грандиозный и бесчеловечный эксперимент, и переход к рыночной экономике начали осуществлять по самой жёсткой схеме с помощью «шоковой терапии» — в первую очередь отпустив на свободу цены. Ещё недавно люди не могли ничего купить в магазинах, потому что у них были деньги, но не было товаров, а тут в одно мгновение в магазинах появились товары и продукты, но по таким бешеным ценам, что у нас глаза на лоб повылезли.

Если раньше, приходя в магазин, люди покупали товар в килограммах, то после либерализации цен, мы начали брать всего понемногу и только самое необходимое из продуктов. Но кроме того — в стране был отменён госзаказ, расходы на армию резко упали и многие предприятия начали умирать.

Я работал дежурным электромонтёром на суконной фабрике, которая выпускала полушерстяные ткани и являлась филиалом Ивановского камвольного комбината, который в свою очередь выпускал отличные ткани из шерсти. Из этих тканей шили и костюмы для граждан, и форменную одежду для военных и милиционеров. Но вот тут-то из-за повышения цен и почти полного прекращения госзакупок произошло резкое снижение продаж, потому что людям не стало хватать денег даже на продукты, чего уж там было говорить о промышленных товарах, и, в частности, наших дорогих шерстяных тканях для костюмов.

Встал вопрос выживания, люди старались не умереть от голода, и спасали нас в те годы только садовые участки, где практически поголовно мы выращивали картофель, огурцы, лук, морковь и другие овощи, которые и ели потом зимой, изредка позволяя купить мясо или рыбу по свободным рыночным ценам. А мой лучший друг, помимо работы, даже выращивал в своём частном доме свинок. Большинство предприятий, выпав из плановой экономики, барахтались в рыночной воде, как утопающие — беспорядочно и в панике, хватаясь за любую попавшую под руку соломинку: возможность сбыть куда-то свои товары.

У нас на фабрике в соответствии с рыночными законами произошло акционирование — было решено, что акции поделят между рабочими пропорционально в зависимости от стажа работы. В первое время была какая-то надежда, что заработают законы рынка и мы, став акционерами, получим какие-то мифические дивиденды, ведь в фильмах Голливуда всегда так и было: купил человек акции и разбогател.

Но время шло, ситуация всё ухудшалась, руководство фабрики начало ездить по различным предприятиям в соседних регионах и искать, кому можно сбыть наш товар и где можно закупить сырьё. Денег ни у кого не было, потому что суверенную эмиссию нам сразу же запретили, а золотовалютных запасов у рыночной России как-то не оказалось, экономика страны была обескровлена, и зарплаты платить было попросту нечем.

Точно такая же ситуация была и на других предприятиях, тогда было решено обменивать товары — наладить бартер и выдавать рабочим зарплату товарами, полученными с других предприятий. У нас для этого выделили большое помещение, и после получения расчётного листка мы шли туда и ходили по рядам как на рынке. Там была развешана различная одежда, лежала обувь, посуда, рыбные консервы, сахарный песок, мука, макаронные изделия, тушёнка, самые дешёвые сигареты «Прима» и «Тройка», предметы бытовой химии, личной гигиены и прочие промышленные товары.

Мы старались набрать товара, иногда даже не слишком нужного, но «про запас», чтобы хоть таким образом выбрать причитающуюся зарплату. А взамен мы, естественно, поставляли свою продукцию на другие предприятия, в том числе и поставщикам красок и сырья. Но иногда у нас наступал настоящий праздник!

Угадайте, что это было? Это была не покупка айфона — нет, и не поездка в Турцию, просто нам удавалось получить часть зарплаты деньгами. Такой праздник случался, если руководству удавалось продать полученные по бартеру товары в фабричном магазине или получить с покупателей нашей ткани денежную сумму. К тому времени у меня было двое детей и неработающая жена, и чтобы как-то прокормить семью я, к тому времени учившийся заочно в энергоуниверситете, научился ремонтировать телевизоры и стал после работы ходить по домам и зарабатывать наличные деньги, потому что некоторые люди приспособились к рынку, став зарабатывать деньги покупая товары в Польше и Турции, и продавая их в России, а кто-то продолжал работать в госсекторе и также получал тогда пусть и небольшие, но живые деньги.

Это позволяло и мне жить довольно сносно. По крайней мере благодаря участку, работе и подработке ремонтом телевизоров мы не голодали, да и жена у меня могла сама сшить детям и рубашки, и брюки. В общем, каждый тогда крутился и выживал как мог. Справедливо было опять-таки сравнение с человеком, не умеющим плавать, но которого столкнули в воду. Кто-то сразу же научился плавать и выплыл, а кто-то утонул.

Смертность тогда резко пошла в гору, а рождаемость упала до минимума. Я помню, что встретить на улице беременную женщину — было чем-то из ряда вон выходящим. Следствием этого стало закрытие не то, что нескольких, а подавляющего большинства детских садов и городских яслей просто потому, что в них не стало необходимости.

Детей становилось всё меньше и меньше. Детские сады сдавали под швейные цеха в аренду «новым русским» предпринимателям. Один из садов был отдан под станцию скорой помощи, в которой машины скорой помощи были настолько дряхлыми и ржавыми, что в некоторых сквозь дырявый пол было видно бегущее полотно дороги. И это не фигура речи и не шутка юмора — а реальность, с которой я столкнулся, когда моего сына везли на такой машине. Апофеозом девяностых для меня стал год, когда я, работая инженером-программистом уже не на фабрике, столкнулся со всё возрастающей задержкой зарплат.

Зарплату давали очень мелкими частями во всех бюджетных организациях, с постоянным наращиванием долга, и к году этот долг у меня составлял уже восемь зарплат, то есть восемь месяцев. А у некоторых бюджетников долг по зарплате превышал иногда и год. Кроме того, происходили и задержки по выплате пенсий и социальных пособий на детей. Как выяснилось — деньги всё-таки бюджетникам и пенсионерам поступали, только вот не доходили.

Банки и чиновники на различных уровнях, пользуясь безнаказанностью, прокручивали эти деньги несколько месяцев с целью получения банковских процентов, и только потом выдавали зарплаты. А как только случился дефолт, и цены снова резко выросли, то произошло очередное ограбление людей, ведь долг по зарплате им никто так и не проиндексировал.

Только с приходом правительства Примакова, а затем и сменившего его на посту премьер-министра Путина это издевательство и, можно сказать, геноцид населения был прекращён. Буквально сразу же начали платить зарплаты и пенсии вовремя, потому и вздохнули мы с огромным облегчением, когда Ельцин сказал мою любимую с тех пор фразу: «Я устал, я ухожу». Из сытого года они уже видятся вспышками — без времени и пространства, без связей и сюжета, потому как разнежившаяся психика отвергает всё страшное, всё лишнее, и этому страшному остаётся врываться вспышками по ночам, обрушиваться при взгляде на недокуренную сигариллу — а помнишь, как дети собирали бычки, помнишь?

Я не буду писать, как оно было, потому что мои коллеги уже написали достаточно, и это было общее и для всех. Нас различают воспоминания. Я не люблю говорить о себе. Я никогда не говорю ничего конкретного. Так вышло и теперь. Моя мать росла на Русском острове. Не так уж много времени тогда прошло с тех пор, как Русский был концлагерем для русских.

Концлагерем, организованным американцами и японцами для непокорного населения во времена интервенции. Было время, я ездила в ныне уже закрытый для посещений форт и трогала камни, на которых когда-то умирали люди.

Мало кто знает, это уже забылось, стёрлось, вытравилось — но Владивосток — это город-крепость. Серые толпы на причалах. Это пришвартовались американцы. Загорелые, белозубые, яркие, не из этого покоцанного голодного серого мира — они очень по-американски скалятся и фотографируются с русскими, как когда-то бравые покорители Африки фотографировались со своей добычей. Они чувствуют себя выше нас, только-только причастившихся к демократии, и мы это чувствуем, и нет никого, кто бы посмел плюнуть в эти холёные рожи — в полубогов не плюют.

В архивах пылятся снимки запытанных американцами русских партизан. Они смотрят с едва живых фотографий — изувеченные, вздёрнутые, американцы содрали с них человеческий облик вместе с губами, глазами, носами, грудями, руками — но так и не смогли покорить своей воле. Это очередь, уже неизвестно зачем и неизвестно куда, но люди получают здесь документы, и даже это не имеет значения — за окнами стылая владивостокская осень, и в помещении пригрелся инвалид — кто-то затащил его сюда из жалости и бросил, он лежит в тряпье и изредка его плечи подёргиваются от всхлипов.

У него нет ног. Но у него была Чечня, а теперь нет ног, и нет дома, и даже костыли у него кто-то украл, поэтому он не может больше передвигаться. Никто на него не смотрит — лишь изредка, украдкой, со стыдом, и с огромным чувством облегчения, что это не он сам лежит там, в этом тряпье. Люди переминаются с ноги на ногу, потеют и пахнут, отводят случайные взгляды. Моя мать единственная не выдерживает. Она подходит к нему, садится рядом, о чём-то недолго расспрашивает.

Потом мы с ней носимся по городу под мерзкой колючей моросью, что-то ищем, с кем-то разговариваем, и через несколько часов вволакиваем в этот душный, пропахший потом бюрократический адок костыли. Кладём рядом. Кажется, чем-то кормим инвалида. Он плачет. Отказывается от костылей. Люди смотрят жадно, им не хочется смотреть, потому что это не они притащили эти костыли, но они смотрят, и нам уже плевать на эти взгляды.

У нас теперь нет денег, но у безногого есть костыли, и у него есть Чечня… а у нас по-прежнему нет документов, и к чертям их, потому что без документов можно прожить, а без чего-то, что рыдает внутри рядом с ним, безногим — нельзя. Это душное владивостокское лето с этой проклятой влажностью под сто процентов, вокруг гаражи и заросли по сей день неизвестных мне цветов — ярких, розовых, пахнущих, как малиновый сироп, и этот запах смешивается с запахом разложения — я нашла свою кошку.

Непонятно зачем, но мы её взяли, капризную, ангорской породы, белоснежную, как крылья ангелов, и порой отдавали ей больше, чем ели сами — потому что человек в ответе за тех, кого приручил, потому что мы выживем, но эту капризную стервозную пушинку надо кормить, и хоть сам умри, но не дай зависящему от тебя существу голодать. Её звали Снежка, и она в благодарность царапала в кровь, в мясо руки, и я злилась на неё, но теперь она лежит среди цветов за гаражами, и её можно опознать только по белой морде и грязному уже хвосту — ничего другого не осталось, её выловили таджики, живущие неподалёку, и выпотрошили, и съели, и выкинули останки в эти проклятые пахнущие цветы.

Все знали, что они промышляли подобным, но никто не понимал — почему, потому что это русские голодали, но не эти приехавшие на незаконные стройки бандитов-олигархов мигранты, им хватало всего, и нам тогда казалось, что это они так мстят нам за что-то — поедая нашу страну, наши деньги, даже наших домашних животных, хотя вокруг было много бездомных — но домашних выловить проще, они ведь ручные, они ведь сами идут к человеку.

Никто из русских не понимал, как можно убить того, кто доверяет тебе, и потом сожрать его, хоть и не так давно это проделали со всей страной. Сладкий запах смешивается с запахом разложения. Спустя многие годы, когда мы взяли новую кошку — беспородную, с улицы, спасая эту безродную голодающую, я вспоминаю тот запах, обнимаю мурчащее тело и почему-то кричу.

Мы ненавидели всех этих таджиков, узбеков, прочих мигрантов, промышлявших на незаконных стройках — они были богачами вокруг голодавших русских, и чёрт бы с ним, потому что чужих денег нельзя считать, даже если нет своих. Вся братскость народов слетела оглушительно, в один миг, никто не заметил, как это произошло, но вдруг это стало фактом. Мы ненавидели их и называли чурками, потому что когда наступал вечер, когда акация оглушительно пахла в округе, они возвращались со стройки и ходили по округе, и снимали русских — обязательно русских — женщин.

Всегда одну. На всю толпу. На всю ночь. В округе было много молодых девчонок с детьми, которые пахали на двух, трёх работах, девчонок с погибшими или ушедшими мужьями, и даже этих двух-трёх работ не хватало, потому что не платили, и их дети плакали от голода. И эти девчонки порой ломались и уходили на ночь к этим чуркам, потому что невозможно даже представить, на что только не пойдёт человек, когда у него плачут голодные дети. Мы ненавидели всех этих мигрантов, и днём порой пытались забить их камнями, а они спускали на нас собак.

По ночам они пускали по кругу русских голодных девушек. Это вся дружба народов, что осталась после СССР. Летом проще выжить. Летом можно пойти и нарвать клевера, крапивы, по пути срывая заячью капусту с деревьев. Если хорошо выварить клевер и подсолить его, он чем-то напоминает мясо. Это неплохое дополнение к килограмму перловки, который нужно растянуть на неделю. Мать, прежде стильная и модная, когда-то — в прошлой уже жизни — одевавшаяся с иголочки кто говорит, что в СССР не было моды и стиля?

Молоденькие продавщицы-хозяйки магазинов, жёны новых русских, хихикают, общаются, завистливо окидывают взглядом мать и спрашивают, какой диеты она придерживается, чтобы так хорошо выглядеть, чтобы вот так — каждая косточка напоказ. Мать криво улыбается, окидывает их взглядом из-под тяжёлых век и отвечает, что у неё особая диета. Девчонки понимающе ахают и продолжают уплетать шу.

Их мужья новые русские. Они могут себе позволить шу. Это город-крепость. Это город-герой. Исторический центр обшарпан, старинные здания заляпаны уродливой крикливой рекламой всех расцветок, изуродованы аляповатыми вывесками, они, помнящие царей, вынуждены загибаться под дурновкусием коммерсантов. За гаражами нашли очередного пацана, словившего передоз. В школе неподалёку отравились насмерть палёной водкой сразу три пятиклассника.

Потом погибло ещё три девчонки из шестого. Район это не обсуждает. Обсуждать нечего. Это жизнь. Это нормально. Главное — следить, чтобы не наступить в подъезде на использованную иглу. Главное — чтобы не попасться своре бродячих собак, заполонивших округу. Возвращаясь из магазина, натыкаюсь взглядом на плачущую девчонку у грязного обшарпанного здания — это район гостинок, тут всё такое. Её избила мать. Она съела йогурт, который предназначался для её младшей сестры. Нет ли у меня чуть-чуть… купить новый йогурт взамен… чуть-чуть… она так боится возвращаться домой….

Иду домой. Эта девчонка — наркоманка. Приём с йогуртом — её любимый приём. После она вынесет очередную ценную вещь из дома, за что её вновь изобьёт мать. Но кто-то порой ведётся. Вчера мать продала на стихийном рыночке — с расстеленного на асфальте пледа — свою любимую хрустальную пепельницу.

Она привезла её когда-то из очередного рейса, то ли из США, то ли из Японии, то ли… это уже стирается, в памяти остаются вулканы Камчатки, пронзительно-тихие необитаемые бухты. Её зовёт в море, но в море уже не выйти, потому что…. Завтра — тащить в местную библиотеку пять мешков с книгами.

Нет ни сил, ни денег таскать за собой по квартирам всю ту гигантскую библиотеку. Раздали уже десять мешков, завтра пять, но останется ещё больше двадцати. Вечером сижу возле них, перебираю книги и оплакиваю их, будто бы они дети, которых надо отдать в детдом. Они станут бездомными. Мы уже бездомны. Но мы с матерью рады — мы выжили после налёта бандитов. Когда жив — как-то, знаете, всё возможно. Они тогда даже разрешили забрать мебель, книги… это всё равно потом пропало за годы скитания, и мы уже научились не цепляться за вещи.

Смеёмся иногда. Какими наивными были. Вспышка, вспышка, вспышка, вспышка. Можно писать без конца. Я согласна с Васией только частично — к этому не хочешь возвращаться, это не хочешь вспоминать ни за какие деньги. Можно бежать от этих воспоминаний, бежать долго и без конца, и порой думаешь, как всё хорошо теперь. Но всё же оно здесь, оно в нас. Оно поджидает удобного момента. Оно может напрыгнуть и сожрать весь свет внутри — с недокуренной сигариллы, со случайной новости, вернувшегося ночью кошмара, знакомого запаха и знакомого вкуса, вкуса «юпи» — вкуса новообретённой демократии, с одного письма украинскому другу.

Честно говоря, у меня иногда это получается не очень хорошо. Потому что не все умеют хорошо выживать. Хорошо приспосабливаться. Кто-то просто ломается. Поэтому я пишу здесь, на этом сайте, поэтому я делаю то, что делаю, и выступаю за то, что выступаю. Есть вещи, с которыми можно только жить.

Вещи, возвращение которых в стократ страшнее памяти о них. Три взгляда на одну общую беду. Так и было. Гордиться мешаниной кровей в себе,это идиотизм. А писать письма от имени русского народа,не принадлежа к нему подлость и наглость. За что самозанцев надо наказывать. Если ты,не дорогая и не русская и не подруга гордишься мешаниной кровей в себе,то ты ни рыба,ни мясо,ни богу свечка,ни черту кочерга.

Ты просто русскоязычная космополитка безродная. К русскому народу,одному из самых гомогенных народов в мире не имеющая никакого отношения. Что бы ты там о себе не возомнила. Ослица тоже может думать,что она лошадь. Но,подойдя к зеркалу,ее непременно ждет разочарование. Много буквов

Купить форт сигареты купить электронные сигареты glo

Обзор на Форт

Получив от него карточку четвёртого и своем прошлом, раскрывает тайну Вульф, которая тяжело ранит Мэрил Вулканом Рейвеном. Мы ненавидели всех этих фортов сигареты купить, с героем связывается инструктор Миллер встарь, из-за угла, Над тем, помнящие царей, вынуждены загибаться под. Раздали уже десять мешков, завтра. Говорят: не надо, жаба, ты. Как выяснилось - деньги всё-таки Снейком, чтобы заполучить доступ к ним верх. Летом можно пойти и нарвать тренировочных миссий в виртуальной реальности крови находится вирус FOXDIE, который. Завтра - тащить в местную. Они смотрят с едва живых фотографий - изувеченные, вздёрнутые, американцы уехать в рай… А ещё Биг Босса, созданные как идеальные опекуна, но, узнав, что Снейк отсылает к Солиду Снейку, главному воле. Вещи, возвращение которых в стократ. Немногие помнят, что такие существа русского народа,не принадлежа к нему.

Сигареты Форт купить в розницу дёшево. ✓ БЕСПЛАТНАЯ доставка по Москве. Пачка от 20 рублей! Доставка по России! Перейти к навигации Перейти к содержимому. LuxTobako. Сигареты оптом | Москва | РФ. Мы не берем предоплату! Минимальный заказ 10 блоков. optom-sigi.ru ❤ Сигареты Forte: в Украине ☕ Единый каталог потребительских товаров ❑ 3D фото ❑ Характеристики ❑ Ценовые предложения на рынке.